Yuu Fukurou
Ни за что не догадаетесь, чего бы я хотела сейчас большего всего на свете. Но если вам интересно, то могу вам поведать об этом странном желании.
Да я уже почти как наяву вижу эту картину: как я медленно подхожу к железным кованным воротам, створки которых перетянуты металлическими толстыми цепями с массивным и тяжёлым замком, эту махину мне бы точно не поднять своими рахитичными ручками. За этими вратами находится совсем иной город: разноцветные огни мелькают перед глазами, словно бешеные, на каждом углу ружья, зарядив патронами которые, ты можешь безнаказанно стрелять русалок, задиристо вихляющих хвостами перед глазами, либо отстреливать петухов, а в вознаграждение можешь получить заслуженного плюшевого медведя или парочку талонов на бесплатный гамбургер или мороженое в соседней лавочке. Сахарная вата здесь высится над головами радостных детей, словно пышные зачёсанные волосы их мамаш. Кони скачут галопом по одному и тому же кругу бесконечности, никогда не стареющие, но и не молодеющие, застрявшие в этом круге. Огромное конструктивное колесо, состоящее из нескольких миллионов металлических прутьев, большое кольцо посередине в обрамлении расположенных на одном радиусе кабинок смотрит ровно на тебя. Оно всё видит и следит за порядком в этом маленьком городке. Мумии здесь ходят по одной земле вместе с доисторическими рептилиями и мушкетёрами, феи порхают над стаканами со сладким эликсиром, втягивая крохотными носиками его цветочно-фруктовый аромат, а мудрые дубы тяжело вздыхают, шелестя деревьями и переминаясь с одной ветки корня на другую.
Я зажимаю между зубами сигарету, вынутую из мятой, наполовину пустой пачки и, несколько раз щёлкнув зажигалкой, закуриваю. Выпускаю первую струйку дыма, который сразу теряется в ночном небе и хватается за ветки высоких сутулых деревьев. Простояв пару минут неподвижно перед закрытыми воротами парка аттракционов, замечаю по ту сторону кованных ворот ночного сторожа, который как раз направлялся ко мне, светя фонариком мне в лицо. Я невольно выкидываю руку вперёд, закрывая глаза от яркого света.
- А, это ты, - пробурчал сторож явно разочарованный тем, что поймал меня, а не какого-нибудь злоумышленника, - пролезай между решёток, как раз для таких худощавых, как ты, ещё и место останется между прутьями. - Он усмехнулся и на суровом лице пышные усы вдруг поднялись вверх, превратив его в добродушного старичка.
Я боком пробралась между двумя железными прутьями, благо, они и правда были для меня в самый раз. Расправив платье, представлявшее собой цветочную поляну на кремовом фоне, я осмотрелась: всё так же, как и днём только не было одного: людей. Ни крикливых и избалованных детей с лицами, измазанными шоколадом или сахарной ватой, ни их мамаш, пытающихся успокоить своих капризных чад, ни влюблённых парочек, на которых приторно-сладко смотреть, ни толп мальчишек-подростков, которые всё пытаются потрогать их юных подружек за груди, да просунуть руку им между только начавшим округляться бёдер. Стоя перед этим великолепием, я ощутила себя императрицей всего этого замка аттракционов, лавочек, маленьких тиров, всех доисторических животных, рыцарей, мушкетёров и волшебного народца, что обитали здесь и только здесь. И сейчас это всё моё. Мои большие игрушки, мои белогривые лошади, моё колесо обозрения, мои горки, от которых сердце падает в область живота, а потом резко подскакивает к горлу.
- На чём хочешь прокатиться на этот раз, принцесса? - Спрашивает усач с доброй ухмылкой и потряхивая перед моими глазами связкой ключей. Звон ключей колокольчиками отдавался у меня в ушах. С затаённым дыханием я произношу одними губами:
- На конях в вечность, - и улыбаюсь старику. Тот ответил мне улыбкой и мотнул головой в сторону карусели, стоявшей неподвижно.
- Экипаж ждёт вас, принцесса.
Пока сторож возится с ключами и двигателем, я взбираюсь на круглую сцену и нежно провожу по гривам лошадей, хоть те на ощупь никак не напоминали настоящую лошадиную гриву и кожу, но я настолько перенеслась в своей воображаемый мирок, что ладонями чувствовала их жёсткие волосы, крепкие шеи и мускулистые спины. Я сажусь на одну из них с маленькой золотистой звёздочкой на лбу, обнимаю её за шею обеими руками, а щекой прижимаюсь к гриве. Заиграла негромкая спокойная мелодия, напоминающая колыбельную, и медленно, с нарастающей скоростью, карусель пошла по своему вечному кругу. Тёплый ветер трепал волосы и гонял волны по цветочной поляне моего платья. Я улыбнулась, подняла голову от гривы лошади, засмеялась, как ребёнок, и помахала рукой ночному сторожу парка аттракционов, тот помахал мне в ответ, и его усы вновь подпрыгнули вверх. С небывалой прытью, которой я даже не ожидала от старика, он вскакивает на крутящуюся сцену и залез на лошадь, что скакала впереди меня с золотистым полумесяцем во лбу. И звёзды кружились вместе с нами, дубы аккуратно приплясывали на месте, то приподнимая, то опуская свои ветви, рыцари звякали железными латами и постукивали копьями об асфальт, а малышки-феи забирались на спинки голубей и, ударяя по их бокам крохотными ножками, взлетали на птицах, словно голуби и впрямь всегда были транспортным средством фей.